Эволюция понятия налога: от Древней Руси к Московскому государству

1 Февраля 2003


В Российской Федерации продолжает развиваться комплекс правовых норм, регламентирующих отношения, связанные с исполнением публичных повинностей в виде различных налогов в пользу государства и муниципальных образований. В настоящее время упомянутые отношения строятся исходя из законодательного определения налога, приведенного в п.1 ст.8 Налогового кодекса (НК) РФ. Здесь налог трактуется как обязательный, индивидуально безвозмездный, безвозвратный платеж, взимаемый в форме денежных средств в целях финансирования деятельности государства и муниципальных образований. Данная формулировка, на первый взгляд, представляет собой результат работы законотворческой мысли конца прошлого века, так как именно в процессе создания положений части первой НК РФ были законодательно установлены перечисленные в приведенной дефиниции признаки, присущие налогу.

Между тем, авторство такого подхода не стоит приписывать нашим современникам, поскольку он представляет собой итог весьма длительной практики взимания публичных платежей в Российском государстве. Как отмечал Ю.А. Гагемейстер, в первый раз о налогах, распределяемых на твердом основании, упоминается в княжение Олега*(1). Названный князь, согласно письменным источникам, приказал новгородцам платить некую дань, предоставив определение порядка ее уплаты самим жителям. Однако такое право, по мнению ученого, было дано исключительно новгородцам, из чего ученый сделал вывод о том, что "во всех других областях порядок взимания налогов установляем был правительством"*(2).

К сожалению, сколько-нибудь конкретную общепринятую законодательную дефиницию налога, которая датируется периодом Древней Руси*(3) или Московского государства*(4), едва ли можно обнаружить даже при самом тщательном изучении памятников истории российского права. Поэтому попытаемся сформировать примерное представление о налоге как податном платеже и его основных признаках, выявив те виды обязательных платежей, которые существовали в то время, и изучив их существенные черты.

Рассмотрение законодательных источников интересующего нас периода становления и развития российского государства (Русская Правда, первая Новгородская летопись и Лаврентьевская летопись, Судебники 1497 и 1550 гг., Соборное уложение 1649 г. и др.) позволяет предположить, что различного рода финансовые повинности в пользу государства, которые в настоящее время объединены понятием "налог", были уже привычными для практики пополнения доходов казны. Однако "сложная система податных обязанностей, которые тяжелым бременем ложились на тяглое население Московского государства в XVII веке, образовалась не сразу. Она не вызвана была творческой деятельностью теоретической мысли; она сложилась под влиянием долговременного процесса, постепенного нарастания и определения потребностей великого князя, его вольных, невольных слуг и государства в связи с развитием способов и средств, направленных к удовлетворению этих потребностей"*(5).

Еще задолго до наступления московского периода в истории российского государства население несло различные натуральные и денежные повинности в пользу князя как верховного правителя соответствующей территории, нужды которого требовалось удовлетворять за счет части доходов подвластных ему лиц. Анализ Русской Правды свидетельствует о том, что принятие данного правового акта было обусловлено необходимостью закрепить не только установленную систему наказаний за конкретные противоправные деяния, но и практику взимания доходов в казну князя. Фискальный характер ряда положений Русской Правды не вызывает сомнений. Например, в ст.9 содержались нормы, устанавливающие публичную обязанность населения уплачивать деньги и передавать натуральные продукты в пользу слуг князя, занимавшихся сбором виры: "Вирнику взяти 7 ведер солоду на неделю, же овен любо полоть, любо 2 ногате; а в середу куна же сыр, а в пятницю тако же; а кур по двою ему на день, а хлебов 7 на неделю, а пшена 7 уборков, а гороху 7 уборков, а соли 8 голважень; то вирнику со отрокомь; а кони 4, конем на рот сути овес; вирнику 8 гривен, а 10 кун перекладная, а метелнику 12 векшии, а съсадная гривна"*(6). Указанные сборы в пользу верховной власти шли на финансирование текущих потребностей государственного аппарата, т.е. Русской Правдой регламентировались вопросов уплаты платежей, которым присущи признаки налога - безусловность, безвозвратность и индивидуальная безвозмездность взимания. Обязанные лица по правилам Русской Правды не имели возможности вступать с князем в переговоры относительно суммы платежа, равно как и не были вправе претендовать на встречные положительные действия со стороны власти или компенсацию части платежа в будущем времени.

Фискальный характер взимаемых на основании Русской Правды платежей подтверждает ее ст.108, в силу которой в случае участия представителя князя в дележе наследства князю полагалась определенная его часть: "Аже братья ростяжються перед князем о задницю, которыи детьскии идеть их делит, то тому взяти гривна кун"*(7). Более того, вся система штрафных санкций, разработанная древнерусскими законодателями, была направлена не только на покарание нарушителя ради достижения общей и частной превенции, но и на пополнение княжеской казны - об этом свидетельствуют, в первую очередь, размеры установленных штрафов. Именно стремлением обеспечить князя дополнительным публичным доходом, по нашему мнению, обосновывается предусмотренный в Русской Правде институт виры. Вира - особый безусловный платеж индивидуума в пользу публичной власти, используемый на княжеские потребности и выплачиваемый индивидуумом вследствие совершенного им правонарушения (помимо множества натуральных повинностей), - стала прообразом налога.

Установленные Русской Правдой публичные платежи можно условно назвать квазиналогом, так как названный законодательный источник тесно связывал их уплату с праведным возмездием в отношении правонарушителя: поступление дохода в пользу князя зависело от тяжбы между определенными лицами. Поэтому вряд ли следует рассматривать виры и другие штрафы как чистые налоги.

Процесс взимания различных податей в доход князя как представителя публичной власти на соответствующей территории в домосковский период развития российского государства имел в общем случае нерегулярный, потребностный характер, т.е. был связан с периодическим появлением у верховной власти необходимости в удовлетворении определенных нужд (например, в случае войны). Изначально подати собирали сам князь с дружиной или особые сборщики, уполномоченные князем на изъятие части общественного дохода подвластного населения в пользу властного субъекта. Иногда подати согласно установленному размеру собирались самой общиной, после чего передавались князю*(8).

По мнению Ю.А. Гагемейстера, до становления Московского государства для российской практики было характерно наличие множества обязательных податей в пользу князя. Характер таких платежей был случайным, слаженной системы их периодичного взимания еще не существовало*(9).

В домосковский период активно использовались натуральные повинности в пользу князя: подводные, конные, поделочные и ополченные; ямская (почтовая), мостовая; содержание князя и его дружины, распущенной по домам; городовое дело; ловля зверей в пользу князя и т.д. Но, несмотря на их разнообразие, князя в первую очередь стали интересовать наиболее ликвидные подати, т.е. собираемые в виде денег. В частности, ему поступали дани: от дыма (жилого дома)*(10); от двора (целого хозяйства); с орала (плуга); с человека*(11); от городов (погородие*(12)).

Иногда обязанность уплаты публичных платежей, обладающих признаками налога, отбывалась личными повинностями. Так, радимичи платили дань Руси "повозом"*(13).

Другими формами публичных платежей, отвечающих признакам налога, в домосковский период российского государства являлись: уроки*(14) (определенный взнос или определенная часть имущества); оброк*(15) (определенная плата за пользование княжескими землями и промыслами); окупь (единовременный взнос, контрибуция); продажа (конфискация имущества преступников); уклад (подать, платимая греками по договору с Олегом); полюдье (дань с людей); наряд (личные натуральные повинности); дары (приношения при вступлении князя на престол); десятина (дань, установленная Владимиром в пользу духовенства).

Учитывая отмеченные особенности существовавших до становления Московского государства различных податей в различных их проявлениях, вряд ли можно утверждать, что в то время уже сложилось представление о таких податях как о налоге, т.е. обязательном денежном платеже, взимаемом исключительно на нужды содержания князя и его дружины в силу выражения воли государства в лице князя. В большинстве своем указанные подати сохраняют полувластный характер, так как взимаются не только в силу прямого обязания подвластных лиц финансировать власть, но и в связи с желанием самого населения помочь своему князю выплачивать вознаграждение дружине и удовлетворять определенные потребности княжеского двора. В основном подати платились не в денежной, а в натуральной форме*(16) и представляли собой конкретные предметы (подарки при вступлении князя на престол) или действия населения (помощь в постройке крепости князя и т.п.).

Интересен засвидетельствованный Ю.А. Гагемейстером факт: несмотря на то что в ранний период российского государства сохранялась тесная связь между князем и рядовыми жителями, которые рассматривали князя в качестве своего защитника и благодетеля, подати на нужды княжеского двора не всегда платились добровольно. В связи с этим в Древнерусском государстве появилась специальная категория чиновников, следивших за внесением подати князю, - сборщики дани, сопровождаемые войском князя*(17).

Заметный шаг в развитии системы податей (по содержанию уже приближавшихся к налогам в их современном понимании) был сделан в период Золотой Орды. Первоначально татары предполагали взимать десятую часть всего, что имелось в российском государстве, но впоследствии склонились в сторону исключительно денежных повинностей.

Главным объектом налогообложения выступал человек ("голова"), что послужило основанием появления ордынского выхода - поголовной (подушной) системы налогообложения взамен поимущественной (за исключением духовенства и бояр, откупившихся значительными подарками). Для целей взимания налогов все население раннего российского государства было переписано. Понятие "ордынский выход" встречается в первой Новгородской летописи*(18). Вначале он имел форму десятины, впоследствии поголовной и, в конечном итоге, посошной подати*(19). В связи с усилением недовольства населения (восстание 1290 г.) татары изменили порядок взимания налогов, предоставив это право русским князьям. Данное обстоятельство послужило предпосылкой для становления самостоятельной системы налогообложения в России.

Другой распространенной формой ордынской подати в виде дани стал запрос, т.е. определенная денежная сумма, которая устанавливалась татарскими чиновниками и взималась во внеочередном порядке с подвластного Орде населения.

Еще одной обязанностью, возложенной Золотой Ордой на русское население, являлся ям - необходимость поставлять подводы ордынским чиновникам и содержать посла Орды вместе с многочисленной свитой во время его нахождения на российской территории.

Подати, направляемые в Орду, собирали специальные офицеры полиции - баскаки*(20), а значит, население выполняло эти повинности далеко не добровольно*(21). В случае невыплаты или несвоевременной выплаты податей баскаки обладали правом осуществить сбор принудительно, с применением физической силы*(22).

Таким образом, то, что в указанный период система податей активно развивалась, не в последнюю очередь связано с практикой обложения российского государства различными откупными платежами в пользу татарской Золотой Орды. На момент становления Московского государства (XIV в.) существовали подати трех типов: действовавшие до татарского нашествия, обыкновенная дань Орде и чрезвычайные налоги, взимаемые по требованию татар.

Для податей московского периода характерно сочетание их взимания денежными средствами и натурой (например, мехами), хотя уже отмечается тенденция к более частому изъятию публичной властью денежных средств как наиболее удобного для использования в обороте средства платежа, особенно во второй половине XVI в. и первой половине XVII в.*(23). Подати, часто представлявшие собой конкретные чрезвычайные налоги, в то время по-прежнему собирали и в натуральной форме, если у государства не было особой потребности именно в деньгах, а в период польской войны "кроме денег брали натурою на корм ратным людям муку ржаную, сухари, крупы, толокно..."*(24). Как отмечал С.Б. Веселовский, наряду с чрезвычайными налогами в Московском государстве продолжала существовать личная повинность - речь шла об участии в постройке городских укреплений*(25).

Особенностью взимания налогов в Московском государстве стало обложение не земли и угодий, а людей. Правильность данного вывода подтверждает то обстоятельство, что полное отсутствие пашни у человека не освобождало его от несения обязанностей в виде налогов*(26). В связи с этим государство определяло способность именно каждого лица платить налоги, т. е. оценивалась реальная возможность плательщика отдать определенную часть своего имущества в пользу властного субъекта. На селе размер налога зависел от количества рабочих рук, величины участка земли, принадлежащего хозяину, урожайности этого надела, в городах - от площади двора субъекта, места расположения этого двора, количества дворов у лица, торгового оборота и т.д.

Основным принципом распределения налогов среди подвластного московскому государю населения считалась их раскладка на всех подданных, в основном по сохам или дворам*(27).

С XV в. посошная система налогообложения стала всеобщей. По мнению Е. Осокина, "исторические памятники доказывают, что Василий Васильевич в своем духовном завещании 1462 года первый подал мысль ввести соху во всеобщее употребление"*(28). Соха*(29), ставшая основанием для исчисления налога при посошной системе, представляла собой условную окладную единицу. Она никогда не имела точно установленной величины и менялась в зависимости от времени и места*(30).

В сошных письмах, выдаваемых каждой общине либо отдельным землевладельцам, устанавливались оклады, исходя из которых платились посошные налоги. Общие сведения о сохах содержались в писцовых книгах, служивших основой взимания прямых посошных налогов в Московском государстве. Соха включала в себя: в поместьях и вотчинах - 800 четвертей хорошей земли, 1000 четвертей средней и 1200 четвертей бедной земли; на черных (податных) землях - от 500 до 700 четвертей; на монастырских землях - от 600 до 900 четвертей. Данный вид сохи за ее размер получил название большой московской сохи*(31).

В городах для определения сохи - в силу отсутствия обрабатываемой земли - исходили из особенностей дворов. Кроме того, некоторые разновидности промыслов также приравнивались к сохе (например, солеваренная сковорода, рыболовная перегородка в реке*(32)).

Размеры сохи в разных районах могли различаться весьма существенно. Так, по свидетельству М.Ф. Владимирского-Буданова, новгородская соха была гораздо меньше московской: "а в соху два коня, а третьи припряжь, да тшан кожевнической за соху, лавка за соху, плуг за две сохи, кузне за соху... ладья за соху..."*(33). Такие сохи, которые отличались от большой московской, С.Б. Веселовский назвал "местными сошками"*(34).

Существовавшая в Московском государстве система посошного обложения, несмотря на изначально предполагаемую ее эффективность, себя далеко не оправдала. Выбранный объект обложения (соха) не стал всеобщим в связи с тем, что его установление, основанное на записях в писцовых книгах и ориентированное в первую очередь на лиц, обладавших достаточным имуществом или доходом, не учитывало фактическую способность проживающих на податной земле людей платить такой налог. Неблагоприятно складывавшиеся обстоятельства часто заставляли податных субъектов, на которых лежала обязанность уплаты, уходить с сельских земель в города, где разыскать их было крайне сложно.

Посошный налог, на наш взгляд, является примером классического налога, так как лица, подвластные Московскому государству, платили указанные подати безотносительно к действиям государства в свою пользу, переданное не подлежало последующему возврату и шло на содержание государства. Кроме того, для посошных податей характерно наличие всех необходимых элементов налога: субъектов и объектов подати (тяглый люд); периода, по истечении которого возникала обязанность платить вновь, отраженного в писцовых книгах; единицы исчисления (соха); сроков уплаты; ставки подати на каждую соху; порядка исчисления суммы подати с сохи.

В тех местностях Московского государства, где проживающих было немного, такая условная единица, как соха, была неприемлема изначально. Здесь система налогообложения основывалась на количестве проживающих лиц, что привело к образованию новой податной единицы, именуемой "двор"*(35), и соответственно подворного налога.

Наряду с отмеченными разновидностями единиц налогообложения в XVII в. появился и чрезвычайный подоходный налог (5-я, 10-я, 15-я деньга), взимаемый для удовлетворения военных нужд Московского государства вследствие отсутствия государственного кредита. Продолжала активно использоваться такая разновидность публично-правовых платежей, напоминающая своими основными чертами прямые налоги, как судебная пошлина. На это указывается, в частности, в ст.4 Судебника 1497 г.: "А досудятся до поля, а у поля не стояв, помиряться, и боярину и диаку по тому росчету боярину с рубля два алтына, а диаку осмь денег; а околничему, и диаку, и неделщиком пошлин полевых нет"*(36). Кроме того, существовала традиционная для восточных народов поголовная подать в виде ясака.

Таким образом, платежи, собранные в виде подати с тяглых черносошных крестьян и посадских (городских) людей с определенных единиц налогообложения - сохи и двора, стали главными прямыми налогами в период Московского государства.

Так называемые налоги на потребление (косвенные налоги), по утверждению И.Т. Тарасова, начали развиваться позже, так как их отсутствие легко возмещалось благодаря изобилию государственных монополий*(37).

Одним из первых косвенных налогов, взимаемых в Московском государстве и в России в целом, стали акцизы на соль (соляная пошлина), призванные заменить такие подати, как стрелецкие деньги (введены при Иване Грозном на содержание войска), проезжие мыти и некоторые другие. Уплата названного акциза производилась в местах добывания соли. Косвенными налогами, изначально существовавшими в Московском государстве, можно признать вес, меру и мыт*(38).

Между тем, в Московском государстве не было жесткого деления налогов на прямые и косвенные. Так, мыт - по определению косвенный налог - в тот период представлял собой сложный налог, который в зависимости от ситуации мог выступать в качестве прямого налога, уплачиваемого торговцем при осуществлении торгов, или являться косвенным налогом, представляя собой таможенную пошлину*(39).

Общая совокупность уплачиваемых государству обязательных платежей в виде прямых и косвенных налогов в период Московского государства именуется тяглом. Тягло взималось с тяглых людей, проживающих на тяглой земле. Фактически все население русского государства рассматриваемого времени следует признать тяглым. Тягло - это личная финансовая служба совершеннолетнего населения низших классов в пользу государства*(40).

Налогоплательщиками тягла стали посадский люд и черные (т.е. подлежащие налогообложению) земли. Основой налогообложения служила круговая порука. В московский период в состав тягла включались: стрелецкие деньги, ямские деньги, деньги на корм воеводам, в подмогу подъячим, сторожам, палачам, тюремным и губным целовальникам, на строение воеводских дворов, губных изб и тюрем, в приказную избу на свечи, бумагу, чернила, дрова, прорубные деньги (за позволение зимою в прорубях воду черпать, платье мыть и скот поить). Тяглые люди помимо всего прочего были обязаны создавать и чинить крепости в городах, строить мосты*(41). Как отмечал С.М. Соловьев, "трудно было тянуть тягло в России"*(42).

Обязанность платить государству налоги в период Московского государства настолько усилилась, что даже изменение социального статуса конкретного лица не освобождало его от несения тягла в пользу государевой казны (например, переход в стрельцы, подъячие)*(43). Данное обстоятельство приводило к побегам тяглых людей с мест их проживания, причем это явление стало настолько распространенным, что в 1658 г. за уклонение от тягла пришлось ввести высшую меру наказания - смертную казнь. Эта мера оказалась действенной, так как из-за угрозы серьезных санкций со стороны государства мало кто соглашался укрывать беглых тяглых людей, кроме того, в случае неуплаты тяглым лицом разнообразных налогов принадлежащее ему имущество могло быть изъято в доход великого государя*(44).

Можно констатировать, что к концу анализируемого периода сформировалась общая идея о том, что определенная группа лиц должна служить государю, а тяглые люди обязаны оплачивать такую службу посредством передачи государству денег и иного имущества в виде особых публичных повинностей - налогов.

Одной из особенностей взимания налогов в то время является сохранение ряда исключений, позволявших определенным лицам не уплачивать посошные (подворные) налоги. Так, от всех налогов в пользу князя были освобождены служилые люди, занятые ратным делом (военнослужащие), равно как и приближенные государя, входящие в "государево дворище" (чиновничий аппарат). От тягла освобождались также определенные купцы - гости: согласно ст.8 гл.XVIII Соборного уложения гости не включаются в тягло, им "с черными сотнями в тягле не быть"*(45).

В результате всю тяжесть налогов в России в то время несли крестьяне и городские жители*(46).

Система тарханов (освобождений от налогов) подвергалась пересмотру. В ст.43 Судебника 1550 г. было закреплено распоряжение "тарханных впредь не давати никому, а старые тарханные грамоты поимати у всех"*(47), однако они просуществовали еще более века, до 1672 г.

Примерно с конца XIV в. усложнившаяся система податей потребовала формирования специального аппарата служилых людей, состоявшего из казначеев, дъяков и подъячих, в обязанности которым вменялся сбор различных пошлин за совершение определенных государственных действий. Эти чиновники первоначально действовали при наместниках, а впоследствии - при воеводах, сменивших наместников. Именно с момента появления такой налоговой администрации различные публичные повинности в пользу государства, по свидетельству А. Лаппо-Данилевского, начинают приурочиваться к определенному времени, производится их денежная оценка. По мнению ученого, на данном этапе подати окончательно превращаются из вознаграждения служилому человеку за его заслуги (в том числе князю) в государственный налог*(48).

Исходя из сказанного, основным признаком публичных платежей, взимаемых в период Московского государства, следует признать безусловную обязательность их уплаты посредством изъятия у подвластного населения части денежных средств, равно как и иных вещей, исполнение (в меньшей степени) разнообразных натуральных повинностей в пользу верховной власти. Подобная безусловность обеспечивалась весьма жесткими санкциями в отношении лиц, отказывавшихся повиноваться (вплоть до смертной казни). Не менее важными характеристиками таких платежей предстают безвозмездность по отношению к плательщику, направление в доход публичной власти в лице государства*(49), периодичность взимания (обычно летом)*(50). Отмеченные признаки публичных доходов свидетельствуют о том, что в Московском государстве податная система строилась на основе взимания именно конкретных налогов.

Что касается целей уплаты публичных платежей, то они, по крайней мере в известных нам законодательных источниках того времени, не были определены надлежащим образом. Это не в последнюю очередь связано с тем, что усилившаяся царская власть на своем пути к абсолютизму не желала явным образом обосновывать конкретную причину взимания платежей, тем самым заставляя своих подданных лишь догадываться о том, откуда берутся налоги и на какие цели они расходуются. Так что основным их предназначением считается поддержание могущества государственной власти на всей подчиненной территории.




*(1) Гагемейстер Ю.А. Розыскания о финансах древней России. Спб., 1833. С.13.
*(2) Там же. С.17.
*(3) Период Древней Руси для целей настоящего исследования датируется X-XIII вв., так как более ранних достоверных памятников права, на основании анализа которых можно создать представление о понятии налога, нам обнаружить не удалось.
*(4) Следует отметить, что период образования, развития Московского государства и его преобразования в Российскую империю приходится на XIV-XVII вв.
*(5) Лаппо-Данилевский А. Организация прямого обложения в Московском государстве со времен смуты до эпохи преобразований. Спб., 1890. С.1.
*(6) Правда Русская / Под ред. Б.Д. Грекова. Т.II. М.; Л., 1947. С.299.
*(7) Там же. С.691.
*(8) См.: Тарасов И.Т. Очерк науки финансового права. Ярославль, 1883. С.58-59.
*(9) Гагемейстер Ю.А. Указ. соч. С.25.
*(10) Дым - очаг в доме, обитатели которого в целом облагались податью. Упоминание о дыме как некой податной единице содержится в Лаврентьевской летописи (Русские летописи. Рязань, 2001. Т.12. С.16).
*(11) См. об этом подробнее: Тарасов И.Т. Указ. соч. С.61.
*(12) Погородие - вид дани, взимаемой с городов, находящихся в подчинении главного города княжеской земли. Данный платеж состоял их двух частей: определенного денежного эквивалента и так называемой "почести", т.е. права постоя князя и его свиты в данном городе (см.: Исаев М.А. Толковый словарь древнерусских юридических терминов: От договоров с Византией до уставных грамот Московского государства. М., 2001. С.72-73).
*(13) Тарасов И.Т. Указ. соч. С.62.
*(14) Уроки - различные сборы, определенные относительно количества и времени их поступления в доход казны, взимаемые, например, как условие совершения судебных действий. Такой вывод позволяет сделать, в частности, ст.107 Пространного списка Русской Правды (Карамзинская группа. Троицкий вид), именуемая "О соудныхъ оуроцехъ" (см.: Правда Русская / Под ред. Б.Д. Грекова. Т.I. М.; Л., 1940. С.339).
*(15) Оброк - повинность (чаще всего натуральная), выплачиваемая князю (казне) и изначально установленная на основе обоюдного соглашения населения и князя, так как тогда потребности князи и его дружины удовлетворялись за счет того, что реального могли дать жители (см.: Исаев М.А. Указ. соч. С.65).
*(16) О том, что основной формой всех податей в домосковский период Российского государства выступали именно натуральные повинности, см.: Лаппо-Данилевский А. Указ. соч. С.1-2.
*(17) Там же. С.50-51.
*(18) Русские летописи. Т.10. С.350.
*(19) Тарасов И.Т. Указ. соч. С.63.
*(20) Баскак - офицер полиции, введенной золотоордынскими ханами в русских княжествах. Под руководством баскака находился небольшой отряд, обеспечивающий в первую очередь регулярность сбора дани (выхода) в Золотую Орду (Исаев М.А. Указ. соч. С.15).
*(21) Следует отметить, что на этот счет существует и другая точка зрения, согласно которой баскаки к собиранию податей на Руси прямого отношения не имели (см.: Исаев М.А. Лекции по истории московского права и государства. М., 2001. С.24).
*(22) Лишь в 1480 г. Иван III прекратил уплату податей в пользу Орды.
*(23) См.: Веселовский С.Б. Сошное письмо. М., 1915. Т.I. С.23.
*(24) Соловьев С.М. История России с древнейших времен. М., 1991. Т.13. С.84.
*(25) Веселовский С.Б. Указ. соч. Т.I. С.29.
*(26) Там же. Т.II. С.93.
*(27) На подворную систему налогообложения, существовавшую в Московском государстве, указывает, в частности, норма ст.88 Судебника 1550 г.: "А дворы пожилые платят в поле рубль и два алтына, а в лесех, где десять връст до хоромного лесу, за двор полтина и два алтына" (Судебники XV-XVI веков / Под общ. ред. Б.Д. Грекова. М.; Л., 1952. С.172).
*(28) Осокин Е. Несколько спорных вопросов по истории русского финансового права. Казань, 1855. С.11-12.
*(29) Соха, по наблюдению Ю.А. Гагемейстера, обозначает пространство земли, обработанное 3 лошадьми или 4 пешими работниками (Гагемейстер Ю.А. Указ. соч. С.74).
*(30) Веселовский С.Б. Указ. соч. Т.I. С.153.
*(31) См. более подробно: Там же. С.1.
*(32) См. Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. Ростов-на-Дону, 1995. С.214-215.
*(33) Там же. С.215.
*(34) Веселовский С.Б. Указ. соч. Т.I. С.1.
*(35) В этом случае понятие "двор" следует отличать от термина-омонима "двор" как разновидности сохи, используемого при уплате посошного налога.
*(36) Судебники XV-XVI веков. С.19.
*(37) Тарасов И.Т. Указ. соч. С.136.
*(38) См. подробнее: Каштанов С.М. Финансы средневековой Руси. М., 1988. С.52-53.
*(39) О двойственной природе мыта см., напр.: Осокин Е. Указ. соч. С.4.
*(40) Исаев М.А. Указ. соч. С.100.
*(41) Соловьев С.М. История России с древнейших времен. Т.13. С.84.
*(42) Там же. С.80.
*(43) "Если тяглый человек пойдет охотою в стрельцы, то велено возвращать его назад, в тягло, с двумя сыновьями, и только третий сын оставался в стрельцах. Исключение было сделано только для тех людей, которые пошли в козаки до смоленского похода, т. е. до начала польской войны при царе Алексее Михайловиче" (Там же. С.82-83).
*(44) Там же. С.86.
*(45) Соборное Уложение 1649 года: Текст. Комментарии / Рук. авт. коллектива А.Г. Маньков. Л., 1987. С.93.
*(46) Гагемейстер Ю.А. Указ. соч. С.43.
*(47) Судебники XV-XVI веков. С.153.
*(48) Лаппо-Данилевский А. Указ. соч. С.7.
*(49) См., напр.: ст.3-7 Судебника 1497 года (Судебники XV-XVI веков. С.19-20).
*(50) Такую точку зрения разделяет Ю.А. Гагемейстер (см.: Гагемейстер Ю.А. Указ. соч. С.81).

Поделиться в социальных сетях


Комментарии

Комментариев еще нет, вы можете стать первым
Добавить комментарий

Добавить комментарий

CAPTCHA

Информация палаты

Хотите получать сообщения обо всех важных
новостях и событиях на нашем сайте?